Через год после освящения в Шовском каменного храма – в 1866 г. – настоятель его священник Михаил Феодорович Чернеевский совершил крещение младенца Семёна, будущего преподобного Силуана Афонского. Он родился в многодетной семье государственных крестьян Ивана Петрова Антонова (Чаплыгина) и его жены Соломонии Яковлевой [1]. Родители будущего афонского подвижника были люди благочестивые, трудолюбивые, кроткие и от природы мудрые, хотя и неграмотные. Жизнь семьи Антоновых, как водилось тогда в России, была тесно связана с храмом. Благодатные семена веры были заложены в душе Семена с раннего детства, о чём он вспоминал впоследствии: «С малых лет я молился о тех, кто меня обижал; я говорил: «Господи, не поставь ему грехов за меня».
Схимонах Силуан. Фото 1930-х гг.
Дом семьи Антоновых в с. Шовское.
Фото А.А. Найдёнова, 2001 г.
Когда мальчику было около четырёх лет, случилось так, что грубый внешний соблазн нарушил детскую простоту его души. Однажды страннолюбивый Иван Петрович оказал гостеприимство некоему книгоноше, который, как оказалось, был заражен безбожием, и в беседе стал убеждать, что Христос не Бог, и что вообще Бога нет. Незащищенный детский разум Семёна особенно поразили слова пришельца: «Где Он, Бог-то?», и он решил: «Когда вырасту большой, то по всей земле пойду искать Бога» [2].
Семён Антонов, как и большинство крестьянских детей своего времени, с раннего возраста трудился вместе со старшими, в меру сил помогая отцу в поле и братьям на строительных работах в помещичьем имении. Образования почти не получил: ходил в сельскую школу только «две зимы».
О своих родителях преподобный Силуан говорил с большим почтением и любовью. Большое значение в становлении его личности имел пример отца, который отличался житейской мудростью, чутким сердцем и любовью в отношении к окружающим. Будучи схимонахом на Афоне, он вспоминал: «Я в меру отца моего не пришёл. Он был совсем неграмотный, и даже «Отче наш» читал с ошибкой, говорил «днесть» вместо «днесь», заучил в церкви по слуху, но был кроткий и мудрый человек». И далее приводил пример: «Когда случится в доме беда, он остаётся покоен. После пожара ему говорили: «Ты, Иван Петрович, погорел», а он отвечает: «Бог даст, поправлюсь». Однажды мы шли мимо нашего поля, и я сказал ему: «Смотри, у нас воруют снопы», а он: «Э, сынок, Господь нам уродил хлеба, нам хватит, а кто ворует, - стало быть, у него нужда есть» Я, бывало, ему скажу: «Ты подаёшь много милостыни, а вот там лучше нас живут, а дают меньше», а он мне скажет: «Э, сынок, Господь нам даст». Рассказывая подобные случаи из своей жизни в доме отца, старец добавлял: «Вот такого старца я хотел бы иметь; он никогда не раздражался, всегда был ровный и кроткий». Духовной мерой простеца Ивана Антонова, к достижению которой путём иноческих подвигов стремился его великий сын, являлось смирение. «Вся наша брань за то, чтобы смирить себя. Враги наши пали гордостью, и нас туда же влекут», – писал преподобный Силуан [3].
Когда Семён вырос, то стал крепким и очень сильным человеком – русским богатырём. Юноше было уже около двадцати лет, когда его старший брат взял подряд на постройку в имении князя Трубецкого, которое находилось вблизи от Шовского. Работая столяром в артели, он по промыслу Божию услышал рассказ женщины, ходившей на богомолье и посетившей могилку замечательного подвижника – затворника Иоанна Сезёновского (†1839). Она рассказывала о его святой жизни и о чудесах, совершающихся на его могиле [4]. Сезёново было расположено недалеко от Шовского, и некоторые из стариков помнили блаженного и подтвердили рассказы о чудесах, и все говорили о том, что Иоанн был святой человек. Слыша эту беседу, Семён подумал: «Если он святой, то значит Бог с нами, и незачем мне ходить по всей земле – искать Его». Таким образом, недоумение, запавшее в его душу в детстве, слушая книгоношу, со временем получило такое разрешение. Тогда же он ощутил в себе внутренне изменение и влечение к подвигам, стал много молиться с умилением и со слезами.
Семён Антонов решил принять монашество и просил отца отпустить его в Киево-Печерскую Лавру. Но отец настоял на том, чтобы сын сначала поступил на воинскую службу и лишь после её прохождения решил, кем ему быть. Как нередко бывает с молодыми людьми, получившими отказ в добром намерении, у него не хватило терпения ждать положенной поры. Он ослабил молитву, и стал жить рассеяно, как жили все его сверстники. Его любили за открытый и добрый нрав, но в душе Семёна стала накапливаться житейская муть. Однако так продолжалось недолго. Отец Небесный за благочестие и молитвы родителей даровал юноше, о котором было Его определение, скорое раскаяние в грехах. Однажды ему приснилось, будто бы он проглотил змею, а в момент пробуждения услышал неизъяснимо сладостный голос, уличавший его в дурных поступках. По его твердому убеждению, это был голос Самой Пресвятой Девы. В нём проснулось острое чувство греха, и решимость стать монахом уже не знала колебаний. Прочитав о Святой горе Афон то, что Матерь Божия обещала заступиться за всякого, и молиться за всякого, кто будет служить Богу в тех обителях, Семён решил: «Если Божия Матерь готова заступиться за меня, я пойду туда, и Её дело - спасти меня».
Воинскую службу Семён Антонов проходил в Санкт-Петербурге в гвардейском полку, куда был взят за богатырское телосложение и огромную силу. Но и там все годы службы он, как говорили сослуживцы «умом пребывал на Афоне», часто посылал деньги в афонские обители и, только отслужив, отправился за благословением к отцу Иоанну Кронштадтскому, но, не застав его, оставил записку: «Батюшка, хочу пойти в монахи, молитесь, чтобы мир меня не задержал». И уже на следующий день Семён почувствовал, что вокруг него «гудит адское пламя». Как понять нам, живущим в другое время, не имеющим такого духовного опыта, эти его слова? Наверное, для нас они - тайна. Может быть, это то, что назвал священномученик Серафим (Звездинский) «страшным томлением духа, мучением души», которое даёт Господь испытать перед уходом в монастырь или перед постригом некоторым, особенно сильным и мужественным духом, как испытание их верности?
Приехав из армии, Семён пробыл дома только одну неделю. Родные и односельчане, узнав, что он собирается на Святую гору, собрали холсты и много других вещей на монастырскую потребу. Осенью 1892 г. он прибыл на Афон и был принят послушником в Русский монастырь святого великомученика Пантелеимона.
Во времена земной жизни преподобного Силуана русская обитель была самой большой, процветающей и многолюдной на Афоне. За семь лет до его приезда на Афон здесь скончался иеросхимонах Иероним (Соломенцев; † 1885) – великий старец, духовник и ктитор-обновитель, главный деятель Русского Афона, имевший большое влияние на святогорскую жизнь в целом. При нем Пантелеимонов монастырь достиг всестороннего расцвета и был воздвигнут на такую высокую степень духовного преуспеяния, что стал образцом для других обителей.
В конце XIX в. в обители насчитывалось пять больших и 13 малых храмов5. Все многочисленные монастырские здания и хозяйственные постройки представляли собой почти целый русский город. Вне монастырских стен на морском берегу фасадом в сторону Афонской вершины был воздвигнут пятиэтажный Преображенский корпус с тремя небольшими храмами, двухэтажной больницей и общежитием для паломников, называемым здесь архондариком. Монастырская библиотека во времена преподобного Силуана была одной из самых крупнейших на Афоне.
Русский Свято-Пантелеимонов монастырь на Афоне.
Фото начала XXI в.
Русский Свято-Пантелеимонов монастырь.
Открытка начала XX в.
В 1890 г. в обители при игумене Андрее (Верёвкине) могли находиться одновременно около тысячи паломников. Авторитет афонского монашества и красота совершаемых здесь церковных богослужений были широко известны в России. Приток русских поклонников постоянно множился, игумен в те годы почти никому не отказывал в приёме в число братии, поэтому общее количество русских насельников в обители и её округе возросло до двух тысяч. Подвижнической жизнью были известны русские духовники иеросхимонахи Агафодор, Вероник, Виссарион, Аверкий, Михаил, затворники-молитвенники схимонахи Тихон и Пантелеимон, по благословению проживавшие в кельях близ монастыря. После исповеди и покаяния они «разрешали сомнения и бури помыслов» многочисленных иноков и паломников. В обители все строго придерживались порядка общежития, поэтому здесь царило братское единомыслие и сохранялся мир в общении всех насельников. Этот период называют временем наибольшего духовного расцвета и благоустроения обители. К началу ХХ в. на всём Афоне подвизались около 4 800–5 000 русских иноков, а в Пантелеимоновом монастыре в 1910 г. насчитывалось более 1 900 человек. Жизнь преподобного Силуана протекала в потоке святости, в потоке Священного Предания Святой Афонской Горы, среди сподвижников, сомолитвенников и сосвидетелей [5]. Все они «работали Господу со страхом и радовались Ему с трепетом» (Пс.2:11).
Братия монастыря на послушаниях.
Фото конца XIX в.
Монах Силуан (слева в первом ряду) с братией.
Фото начала XX в.
Монах Силуан.
Фото конца XIX в.
Включившись в повседневную жизнь святогорских монахов, посвящённую молитвенному служению Богу, главным занятием у преподобного Силуана была непрестанная молитва. Причём, одной из особенностей монашеской молитвы святогорцев считается бодрствование во второй половине ночи и неусыпная всенощная молитва по важнейшим праздничным дням. Крепкий физически преподобный Силуан спал мало – от полутора до двух часов в сутки, да и то урывками.
По афонскому обычаю, новоначального послушника вводили в жизнь монастыря исповедью. Испытав в Таинстве Покаяния радость очищения и освобождения от тяготивших его грехов, Семён сразу же подвергся нападению помыслов о возвращении в мир и женитьбе. Сознание того, что он снова опечалил Божию Матерь, потрясло послушника и открыло ему то, что, и здесь, на Святой Горе, как казалось, в пристани спасения, возможны искушения и даже погибель. Отрезвлённый своим духовным падением, он стал много и усердно молиться, прибегая преимущественно к Иисусовой молитве, которая вскоре вошла в его сердце и стала сама совершаться в нём непрестанно.
Его не покидала и духовная борьба с новыми искушениями – тщеславием и гордостью. Диавольские нападения все возрастали, привнося чувство богооставленности, доводя подвижника до отчаяния. И когда он посчитал, что «Бога умолить невозможно», Господь постижимо явился ему во время вечерни в храме пророка Божия Илии и духом ввёл его в Небесную обитель. С тех пор все происходящее в мире он рассматривал лишь в соотношении с опытом души, познавшей своего Творца. «Иное дело веровать в Бога, – запишет преподобный Силуан позднее, - и иное знать Бога. Познавшая Бога душа ничем не может удовлетвориться на земле, но все стремится ко Господу и кричит, как малое дитя, потерявшее мать: скучает душа моя по Тебе и слезно ищу Тебя».
В 1896 г. послушник Семён был пострижен в монашество с именем Силуан. Жизнь старца в монастыре была проста, доступна и внешне ничем не примечательна: сначала его послушанием была тяжелая работа на мельнице, на смену которой пришел хлопотливый труд эконома, заведование мастерскими, продовольственным складом, а на склоне лет – торговой лавкой.
Фреска «Преподобный Силуан
на послушании на мельнице»
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл
во время посещения места подвигов прп. Силуана на Афоне.
Фото 2013 г.
Первым трудовым послушанием Семёна была работа на мельнице. Трудиться здесь приходилось очень много: число братии монастыря достигало в то время почти двух тысяч; кроме того, в монастырских гостиницах подолгу жили сотни паломников. Все, кто знал его тогда, отмечали, что по своей богатырской силе работал он за десятерых, видели исполнительность, терпеливость, кротость. Братия любила его за это. Чтобы не оставлять надолго молитвы, подвижник спал немного и урывками. При этом в постель он не ложился и спал сидя на табурете. Нёс подвиг внутреннего послушания – отсечения своей воли, учился полному преданию себя на волю Божию.
Монастырь в те времена имел земельные владения, располагавшиеся далеко за пределами обители. На одном из них, находившемся близ города Салоники - Каламарийском метохе, проходил следующее послушание преподобный Силуан. Монахи выращивали на этом метохе пшеницу, нанимая крестьян для вспахивания полей и сбора урожая.
На расстоянии 5 км от монастыря, в горах, располагался скит Старый Русик - пустынное, безмолвное место, куда тянулись монахи, желавшие большего уединения ради делания умной молитвы. Там был установлен более постнический режим, чем в монастыре, и жили несколько подвижников. Преподобный Силуан, будучи еще неискушённым, хотел безмолвной жизни и просил игумена перевести его в Старый Русик для жизни в безмолвии. Настоятель не советовал отцу Силуану этого делать, но тот настоял на своём. Старец получил урок: через некоторое время он жестоко простудился и до конца жизни страдал ревматизмом, напоминавшим ему о важности монашеского послушания. Здесь он прожил недолго: его перевели снова в монастырь.
Келья прп. Силуана на Старом Русике
Часовня на месте кельи прп. Силуана в Шовском
В 1904 г. началась русско-японская война. Она отнимала у Российской империи много сил, фронт требовал пополнения, и отец Силуан вместе с некоторыми другими монахами был мобилизован, но на фронт не попал. Он провёл в России несколько месяцев, побывал на родине. За огородом родного дома отец устроил ему келью для молитвы в уединении. В настоящее время рядом с сохранившимся домом Антоновых в память об этом устроена часовня.
Во время пребывания в России монах Силуан также посещал монастыри. Сохранился рассказ, как в одном из таких путешествий в поезде он занял место напротив купца, который дружеским жестом раскрыл перед ним свой серебряный портсигар и предложил ему сигарету. Отец Силуан поблагодарил за предложение, но отказался. «Не потому ли, батюшка, вы отказываетесь, что считаете это грехом? - спросил купец и добавил: - Но курение часто помогает в деятельной жизни; хорошо прервать напряжение в работе и отдохнуть несколько минут. Удобно при курении вести деловую или дружескую беседу, и вообще в ходе жизни…» И дальше, пытаясь убедить отца Силуана взять сигарету, он продолжал говорить в пользу курения. Тогда все-таки отец Силуан решил сказать: «Господин, прежде чем закурить сигарету, помолитесь, скажите одно «Отче наш». Но купец ответил: «Молиться перед тем, как курить, как-то не идёт». Преподобный Силуан заметил: «Итак, всякое дело, перед которым не идет несмущенная молитва, лучше не делать» [6].
В 1911 г. монах Силуан был пострижен в схиму с оставлением прежнего имени. В течении многих лет он был экономом монастыря. Получив от игумена это назначение, старец горячо молился, чтобы Господь помог ему исполнять такое ответственное послушание. После долгой молитвы был ему ответ в душе: «храни благодать, данную тебе». И преподобный, поняв, что хранить благодать важнее и дороже всех прочих дел, неусыпно следил за тем, чтобы молитва его не прерывалась.
Как эконом монастыря схимонах Силуан имел под своим началом до двухсот рабочих. Утром, обходя мастерские, он давал в общих чертах указания старшим мастерам и затем уходил в свою келью плакать о «народе Божием». Сердце его болело от скорби за рабочих; он оплакивал каждого. Молился старец тайно, но рабочие это чувствовали и любили его. Он никогда не висел у них над душою во время работы, не подгонял их, но они, обласканные, веселее работали и с большей энергией, чем у других.
С первого и до последнего дня преподобный явил собой образ совершенного
послушания; для него игумен, духовник и просто старший брат – добрые наставники. Если монахи и миряне, считал он, будут слушать духовников и пастырей своих без их осуждения, без возражения и без внутреннего сопротивления, то и они сами не лишатся спасения, и во всей Церкви будет полнота жизни. Постоянно находясь среди людей, старец хранил ум и сердце от посторонних помыслов, очищал их от страстей для молитвенного предстояния Богу, утверждая, что это самый короткий путь ко спасению.
Своих учеников преподобный не имел и в послушании у какого-либо определённого старца не находился. «Трудно жить без старца», – говорил он впоследствии. – Неопытная душа не разумеет воли Божией, и много скорбей перенесет она прежде, чем научится смирению».
Прошло 15 лет со дня явления подвижнику Господа. Его ум вновь омрачается диавольскими нападениями и потерей мира души. Со временем эти страдания усиливаются мучительными борениями с бесами, по ночам отрывавшими его от непрестанной внутренней молитвы. В одну из таких ночей, когда, несмотря на все старания, молитва не приходила к преподобному, он с сокрушением в сердце воззвал: «Господи. Ты видишь, что я хочу молиться Тебе чистым умом, но бесы не дают мне. Научи меня, что должен я делать чтобы они не мешали мне?» «Гордые всегда так страдают от бесов», – был ему ответ. «Господи, научи меня, что должен
я делать, чтобы смирилась моя душа?» И снова в сердце прозвучал ответа Бога: «Держи ум твой во аде и не отчаивайся».
Все годы жизни в монастыре, вплоть до самой кончины, схимонах Силуан подражал в смирении и других духовных подвигах преподобным отцам Афона. Бог даровал ему за смирение узнать Свою любовь. И эта любовь так наполнила подвижника, что он в избытке изливал её на ближних, на всех, кто встречался ему на жизненном пути. Она была так сильна, что преподобному Силуану было жаль всех согрешавших. Ему хотелось, чтобы все спаслись, и потому слёзы обильно лились у него во время молитвы. «Брат наш есть наша жизнь», - говорил старец. Когда ему говорили, что молиться за людей трудно, старец отвечал: «Конечно, трудно... Молиться за людей - это кровь проливать... Но надо молиться».
Вся жизнь его была сердечной молитвой «до великих слёз», исключительно высоким подвигом любви к Господу. «Мир стоит молитвою, – утверждал преподобный, – а когда ослабнет молитва, тогда мир погибнет». В этой молитвенной устремленности он достиг такого внутреннего состояния, при котором провидел происходящее и прозревал будущее человека, открывая глубокие тайны его души и призывая всех вступить на путь спасительного покаяния.
Внешность его, по описаниям знавших, была такова. Роста он был большого, сложение пропорциональное. Отмечали силу его больших рук. Взгляд его бывал разным и зависел от того, с каким сердцем подходил к нему собеседник. Одни видели его строгим, другие – приветливым, третьи – погруженным внутрь себя и умиротворённым. Но главное впечатление складывалось от беседы с ним. Он обладал даром сказать каждому приходящему к нему именно то, что было тому необходимо услышать. Всех приходящих к нему на беседы наставлял он в главном подвиге, который действительно и нужен всемилостивому Богу: смирении и любви к ближнему.
ФОТО 005 Схимонах Силуан.
Фото 1935 г.
Братия Свято-Пантелеимонова монастыря.
Фото Т. Уитмора, 1923 г.
ФОТО 012 Трапезная Свято-Пантелеимонова монастыря.
Фото Т. Уитмора, 1923 г.
Святитель Николай Сербский (Велимирович) так написал о преподобном Силуане: «Об этом дивном монахе можно только сказать - сладостная душа. Не только я почувствовал эту сладостную душу, но и каждый поклонник афонский, которому пришлось встретиться с ним. Силуан был высок, крупен, с большой чёрной бородой, и своим внешним видом не сразу располагал к себе незнакомого. Но довольно было одного разговора, чтобы полюбить этого человека... Он говорил о безмерной любви Божией к человеку, и приводил грешника к тому, чтобы он сам себя строго осудил… Этот дивный подвижник был простой монах, но богач в любви к Богу и ближним. Многие монахи со всех сторон Святой Горы прибегали к нему за советом, но особенно любили его сербские монахи… И мне отец Силуан очень много духовно помог. Я чувствовал, как молитва его укрепляла меня. Всякий раз, когда бывал на Святом Афоне, я спешил с ним увидеться».
Преподобный отвечал и на письма тех, кто обращался к нему с советом. Вот что писал о нём епископ Вениамин (Федченков): «Не нам грешникам судить о святых людях. Сам Бог прославляет их, якоже весть. Но совершенно искренно скажу, что в последние годы я не ощущал ни от кого такой силы благодати, как от него, о. Силуана. Трудно рассказать словами, в чём была эта сила. Как про Христа Господа говорили при жизни Его на земле, что говорил Он со властию, а не якоже книжницы... так и из писем о. Силуана совершенно явно ощущалась мною грешным такая сила, какой я не испытывал ни от кого. Небесный Божественный дух... Убедительный без всяких доказательств... Точно голос «оттуда», от Бога... И лучше сказать не умею... И потому я храню его письма ко мне. И если бы я не знал ничего об его жизни, подвигах, молитве, послушании, то одного духа писем довольно для меня, грешного, чтобы считать его преподобным.
Но расскажу еще один случай прозорливости его. Некая мать, живущая теперь за границей, давно потеряла связь со своей дочерью, оставшейся в России. И ей хотелось знать: как молится за нее, — как за живую или усопшую? Вопросила она Старца Силуана, и он ей несумнительно ответил, что дочь её жива и благополучна... И действительно, через несколько месяцев после этого одна женщина поехала в Россию, разыскала потерявшуюся, виделась и говорила с ней».
Сохранились письма схимонаха Силуана к Надежде Андреевне Соболевой, жившей в эмиграции в Париже. По рекомендации епископа Вениамина (Федченкова) она обратилась к старцу с просьбой прислать духовные книги для храмовой библиотеки, и между простой мирянкой и афонским подвижником завязалась переписка. После войны Надежда Андреевна вернулась на Родину, приняла монашеский постриг с именем Силуана, стала насельницей Пюхтицкого монастыря. Предлагаем вниманию читателей несколько писем из этой переписки8[7].
***
Христолюбивая Госпожа Надежда!
Получил от Вас доллар и молюсь Господу о Вас и о сыне Вашем Борисе. Ждет нас Господь на небе. Будем молиться и благодарить Господа. Он милостив. Много нас грешных любит и ждет нас со святыми к Себе. Надо себя смирить ради Господа, и будем врагов любить, как заповедал нам Господь. Потерпим скорби ради Бога, а там, когда душа увидит Господа и от любви Его все скорби забудет, там и о сыне мы вспомнить не можем - такой Приятный и Кроткий наш Господь. Слезно пишу сии строки боголюбию Вашему.
Схимонах Силуан грешный. Да поможет Вам Господь и Божья Матерь со Святыми. 1937 г.
***
Радуйся, Госпожа Надежда Христова!
Милостивый Господь любит Своих рабов и дает им скорби на земле, чтобы в скорбях душа научилась смирению и преданности воли Божией и обрела душа в боли покой, за который сказал Господь: "Научитесь от Меня, яко кроток и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим". Я ходил в лавку, чтобы послать Вам икону Божией Матери, но нету такой иконы. Молитесь Божией Матери и мученику Мине, и она найдется. Но обличать не надо, но предаваться воле Божией. Это еще лучше. Хозяину иконы скажите: Великую милость Божия Матерь воздаст ему. Только пусть Бога благодарит за все, Господа и Божию Матерь... Мужа не бросайте, но молитесь, чтобы он с покаянием помер. Уговаривайте его, что Господь любит грешников кающихся и умер за нас в страданиях на кресте и место уготовал на небесах «идеже Аз, там и слуга Мой будет, да видит славу Мою». Ах, как бы мы знали, как нас Господь любит грешных, дает нам Духа Святого. Им познается Господь и Его любовь, но мы теряем благодать Святого Духа за горделивость, и мучают нас страсти, дурные пороки, но надо с ними бороться, просить день и ночь помощь Божию и Божией Матери, и Господь поможет. А если икона найдется, то предаваться Воли Божией. Милостивый Господь, смотря на нас, и все нужды наши знает. Мы Господа не видим, а он нас видит, и мы должны учиться жить по воле Божией. Я хотя Вам и пишу за скорби много, любя Вас, но своих у меня много скорбей. Я в них виноват сам, потому что не научился Христову смирению, а без него теряется благодать Святого Духа и душа скорбит по благодати. Благодатию Христовою душа покойна в боли, а ваши большие скорби. Но они временны. После смерти, если кого Господь сподобит видеть Господа, то он от любви Его не может вспомнить про родных. Такой наш Господь. Пишу, и дух мой радуется милосердию Божию, Славе Его. О сподоби нас, Господи, видеть Тебя во славе красоты Твоей неописанной. Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, что так нас много Господь грешных любит. Умер за нас на кресте и дал Духа Святаго Апостолам, но мы теряем Его. Но Господь дал покаяние, и радуется Господь кающемуся грешнику, говорит Святое Писание.
Мужа можно пугать: «Если ты не будешь исправляться, то я брошу тебя», но на самом деле бросить его Богу неугодно.
Отец Мефодий кланяется вам и благодарит за деньги, и я получил. Спаси Вас, Господи.
Гора Св. Афон, много мы видим в. тебе чудес за молитвы Божией Матери. Описать их ум короток.
С.С.
***
Христос Воскрес, Госпожа Надежда!
Дай Вам Господи и сыну Вашему Борису любить Господа всей душой. Господь сказал: «Любящий Меня заповеди Мои соблюдает». А если Вы заповеди соблюдаете, то Вы этим помогаете Церкви. Преподобный Серафим Саровский жил в лесу и помогал Церкви молитвою и сохранял заповеди Господни. И так святые из пустыни помогали Церкви молитвою. Ваша обязанность воспитать сына и представить его чистым Христу, а когда он будет чист, Дух Святой в нем будет жить, и он будет молитвенник за весь мир, а если потеряет благодать, то будет рыдать подобно Адаму, выгнанному из рая. Адамовы скорби описать трудно, но кто познал Господа и потерял эту любовь, тот разумеет скорби Адама. Он взывал: «Душа моя, Господи, скорбит по Тебе, что я не вижу Тебя. Как мне не скорбеть. Твой тихий и кроткий, Господи, взор привлек мою душу. Мое сердце возлюбило Тебя». И так, советую: сидите дома и безмолвствуйте по силе своей. Я понимаю Вас пред Богом и желаю Вам на земле пребывать с Господом и Его Пречистою Материю. И все святые молятся за нас. Они Духом Святым любят Господа и нас грешных. И так милостивый Господь святым дал Духа Святаго. Они любят Господа Духом Святым, и Господь любит их. Если сын Ваш любит пастырей, святых архиереев и священников, и монахов, то велика с ним милость Божия. А если не любит, то он будет мирской. Но заповеди Божии — одним монахам удобнее их соблюдать. Прошу смиренно помолиться за меня, дабы я научился Христову смирению, славить Творца и благодарить Его за великие милости, что Он меня грешнаго миловал.
Сх[имонах] Силуан, Гора Св. Афон.
О. Мефодий сказал, когда деньги пришлет, икона есть, 5 долларов с пересылкой.
***
Радуйся, госпожа Надежда, что любит нас грешных Господь. Получил от Вас доллар и его дал молиться за Вас и ваши имена записаны поминать. Четки освящены от древа Животворящаго Креста. Я по ним сам молился. Я хотел бы новые Вам послать, но Вы пожелали старые. Скажите Евфимии, рабе Божией, пусть она усердно молится за мужа и несет немощи его. Думаю, что он поправится. Душа моя его много возлюбила. Напишите мне за него. Как он мои советы принял. А Вас во всем Господь вразумит, и молитесь за меня, чтобы я стяжал Христово смирение и любовь, и тогда будет смерть мила.
Сх[имонах] Силуан, Гора Св. Афон
Много мы видим в тебе чудес, милости Божией за молитвы Божией Матери.
***
Христос Воскрес! Госпожа Надежда, да утешат Господь и Божья Матерь Вашу душу и сына Бориса. Дай, Господи, ему поправиться, но предаваться надо Воле Божией и жить по воле Божией. У меня болит голова 40 лет, и я терплю, знаю, болезнь, она дана мне: да не превозношусь. И понял я: день и ночь надо учиться Христову смирению - и обрящем покой. Если бы люди знали, что такое Христово смирение и кротость и покой, то все бы люди побросали все науки и научились бы кротости и смирению. Кого Дух Святой научил, он желает учиться день и ночь Христову смирению, и того другим желаю я. И меня помяните в молитве, да научусь Христовой кротости, смирению, их желает душа моя. Желаю я сего дара. Кто познал Господа Духом Святым, тот скучает по Нем день и ночь: «Почто Ты оставил Меня, Господи? Душа моя скучает по Тебе день и ночь. Как мне по Тебе не скучать. Твой тихий и кроткий взор привлек душу мою. Я сердцем возлюбил Тебя». И так, потеряв благодать, и будет скучать, подобно Адаму, выгнанному из Рая. Адам взывал: Господи, скучает душа моя по Тебе, и слезно ищу Тебя. Так и я прошу у всех св. молитв, да научусь Христову смирению, не терять Благодать Св. Духа. Духом Святым познается Господь.
Получил от Вас 2 доллара, за что Господь Вам воздаст. Обитель молится за Вас, и я грешный молюсь. В монастырь идти нельзя, пока сына не определишь, чтобы он был покоен. Молитвы Господь принимает на всяком месте и во всякое время.
Госпожа Надежда, будь мыслью в Боге и на Него надейся. Он нас грешных много любит и не велит колебаться мыслью, переезжать с места на место без нужды. Будьте покойны в Боге, и все земное забывайте от любви Божией. Он Сам велел Его так любить всей душой и мыслью, чтобы мы забывали земное. Сидите дома и благодарите Господа от всей души. Который за скорби благодарит Бога, у того они малы бывают, потому что душа предалась воле Божией и Дух Божий веселит душу упованием на Бога. Все люди, которые возложили упование на Бога, они покойны в Боге на всяком месте, потому что внутри души веселит их Благодать. Но если кто потерял Ее, то опять ее ищет покаянием, и Господь опять дает. Он нас много любит. Он говорит в Евангелии: «Иду к Отцу Моему и Отцу вашему, иду к Богу Моему и Богу вашему». Видите, как Он нас много любит. Милости эти слова исполнены, любви и милосердия. Будем помышлять день и ночь, что любит нас грешных Господь и зовет к Себе. «Приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы». А покой в Боге есть забыть все земное, чтобы ум не забыл Любовь, хотя руки и работают, но душа забыть Бога не может, потому что душа возлюбила, и Дух Божий веселит душу. Скорбей земных душа не боится, но боится, как бы не потерять любовь Божию, и тогда после потери в душе будет уныние и скорби. Возблагодарим Господа и Его Пречистую Матерь, нашу молитвенницу пред Богом, и будем и святых просить, они в Духе Святом любят нас так, как и Господь, им Господь дал Духа Святаго молиться за нас... Кто порченый, подобно мне, пусть читает больше Евангелие и кается, и милостивый Господь дарит ему прощения и мир душевный.
Слава Богу за все.
Схимонах Силуан, июль 1938 года.
***
Обычно старец держался крайне просто и ничем не выделялся из среды других иноков Святой Горы. Архимандрит Софроний (Сахаров), бывший учеником преподобного в последние годы его жизни, пишет, что «иногда он преображался до неузнаваемости. Бледное, чистое лицо с каким-то особым просветленным выражением бывало настолько поразительным, что смотреть на него не было сил; глаза при взгляде на его лицо опускались. Невольно вспоминалось Священное Писание, где говорится о славе лица Моисея, на которую не мог взирать народ». Жизнь старца в последние годы его жизни была «умеренно суровая, с совершенным невниманием к внешности и большим небрежением о теле».
Схимонах Силуан.
Фото 1930-х гг.
Схимонах Силуан.
Фото 1937 г.
За этой простой и скромной внешностью скрывался великий дух. Старец был человеком «удивительно нежного сердца, умиленной любви, чрезвычайной чуткости и отзывчивости на всякую скорбь и страдание, при полном отсутствии болезненной чувствительности. Постоянный глубокий духовный плач никогда не впадал у него в слезливую сентиментальность, Неусыпная внутренняя напряженность не имела и тени нервозности... Искушения он встречал и переносил с великим мужеством. Это был человек вполне бесстрашный и свободный, но вместе с тем в нем не было и намека на дерзость. Бесстрашный, он пред Богом жил в страхе: оскорбить Его хотя бы помыслом дурным он действительно боялся». В нём гармонично сочетались и большое мужество, и любвеобильная кротость, и самое искреннее смирение. Но никогда в нём не было ни человекоугодия, ни заискивания, ни унижения. «При общении с ним в самых разнообразных условиях человек даже самой тонкой интуиции не мог бы заметить в нём грубых движений сердца: отталкивания, неуважения, невнимания, позы... Это был воистину благородный муж... Старец никогда не смеялся до звука; никогда не говорил двусмысленно, не насмехался и даже не подшучивал над людьми. На обычно серьезном спокойном лице его иногда намечалась едва уловимая улыбка, не раскрывавшая губ... В нём не было гнева, как страсти. Но, при удивительной мягкости, редкой уступчивости и послушании, у него была великая твердость сопротивления всему ложному, лукавому, гнусному...»
«Общение со старцем носило особый, исключительный характер: совершенная простота и непринужденность, полная свобода от какого бы то ни было стеснения... В его присутствии к сердцу не прикасалась боязнь, и в то же время какая-то самая внутренняя струна души напрягалась последним молитвенным напряжением, чтобы удостоиться дышать тем духом, какого он был исполнен». Старцу было дано свыше вводить собеседника в особый, духовный, мир, причем старец передавал при этом свой опыт, так как его учение было не плодом умствований, а результатом подлинного духовного опыта и реального познания. «Живая беседа со старцем носила совершенно особый характер. Несмотря на всю простоту и кротость беседы, слово его было чрезвычайно действенно, как слово, исходившее из глубокого опыта бытия, как слово подлинного носителя Духа жизни». О значении общения с преподобным Силуаном отец Софроний, человек высокой культуры, интеллектуал, написал так: «Восемь лет провел я у ног блаженного старца… И этот малограмотный человек мне ответил на вопросы, которые меня занимали и на которые мне никто не ответил» [8].
Схимонах Силуан (сидит слева)
и о. Софроний (стоит слева)
с братией монастыря.
Фото 1930-х гг.
В конце своего подвижнического пути преподобный Силуан начал писать наставления, основанные на внутреннем религиозном опыте, где он делился своим духовным богатством. Эпистолярное наследие старца, написанное в форме записок, является его внутренним переживанием православного аскетизма и вошло в сокровищницу святоотеческого и аскетического наследия [9]. Впоследствии эти записки вошли в книгу, опубликованную архимандритом Софронием (Сахаровым), которую монашествующие называют новым Добротолюбием.
В последние годы своей жизни старец Силуан долго болел. Как рассказал об этом архимандрит Софроний, он страдал от ревматизма и «мучительных головных болей». 15 сентября 1938 г., за девять дней до кончины, старец находился на своем послушании в магазине, и к нему зашёл отец Софроний. Увидев страдальческое лицо старца, тот посоветовал ему срочно лечь в больницу. Старец сначала возразил, сославшись на то, что в ней «народ», но вот если бы ему определили отдельную комнатку, то он и согласился бы. Больному нашли место в нижней палате.
От начала болезни до своей кончины преподобный Силуан молчал, и часто посещавший его отец Софроний не беспокоил больного никакими вопросами. Но как тяжелобольной он, по монастырскому обычаю, ежедневно причащался. 19 сентября было совершено елеосвящение. Когда через несколько дней состояние резко ухудшилось, к старцу Силуану пришёл духовник – схииеромонах Сергий и прочитал над больным умилительный канон. Тихим и ясным голосом отец Силуан говорил, что чувствует себя хорошо. После чтения канона Божией Матери и отходной монахи простились «до утра». Зашедшего в полночь больничного старец спокойно спросил, началась ли утреня? Она в больнице вычитывается значительно быстрее, чем в соборе. А когда через полтора часа после чтения утрени к старцу зашёл иеромонах Николай, то он нашёл его уже скончавшимся. «Никто, – пишет отец Софроний, – не слышал его кончины, даже те, кто лежали близко к нему. И так тихо отошёл он к Богу». Скончался преподобный Силуан, не прерывая молитвы, 24 сентября 1938 г., поболев перед смертью чуть больше недели.
Новопреставленного старца Силуана, как и всех других усопших иноков, в тот же день похоронили по афонскому обычаю. Сырой губкой сделали знамение креста на лбу, груди, руках и ногах. Лицо покрыли куколем, а затем тело усопшего с головой зашили в рясу и положили на специальные носилки. На грудь покойного обычно возлагают икону Пресвятой Богородицы. По совершении малой заупокойной литии тело накрыли «черным покровом с нашитым на нем темно-красным крестом наподобие креста на схиме» и перенесли в больничную церковь. Здесь была совершена заупокойная лития, а после неё монахи поочередно читали Псалтирь.
Прожившего 46 лет в монастыре и занимавшего в нём ответственные послушания старца Силуана отпевали «собором». После вечерни тело преставившегося старца перенесли в кафоликон, то есть главный монастырский храм великомученика и целителя Пантелеимона, где наместником иеромонахом Иустином был совершен уставной чин монашеского отпевания.
Затем старца Силуана перенесли на носилках на монастырское кладбище и примерно в 16 часов опустили в могилу при пении заключительной литии и «вечной памяти». По установленному обычаю для предохранения от повреждений над головой усопшего в могиле укрепили плиту. Тело засыпали землёй, и на образовавшемся холмике укрепили простой деревянный крест.
По монастырским правилам три года имя усопшего старца ежедневно упоминалось на проскомидии, а затем его имя внесли в специальную книгу – «Помянник», называемый на Афоне Куварасом. Такие поминальные книги, читаемые в заупокойные субботы, содержат имена всех усопших монахов обители. Кроме того, в течение 40 дней после кончины в монастыре ежедневно благословлялось коливо в память о новопреставленном старце Силуане. Как это и положено в обители, монахи прочитывали за него одни чётки.
Афонское монашество в своем трезвом недоверии к человеку держится правила: «Никого прежде конца не ублажай». Уже после кончины старца отцы афонские говорили: «Теперь видим, что старец Силуан достиг меры святых отцов... Кончина его в этом убедила». Незадолго до смерти в ответ на вопрос: «Старец, Вы хотите умереть?» он сказал: «Я ещё не смирился», но всё его поведение в монастырской больнице было исполнено сокровенного смирения и тишины.
С 1970-х гг. известны случаи многочисленных исцелений, совершавшихся от главы преподобного Силуана, которая хранится в Пантелеимоновом монастыре. Часть его мощей находится в Иоанно-Предтеченском монастыре в Великобритании.
Икона прп. Силуана Афонского
В 1987 г. Священный Синод Константинопольского Патриархата причислил преподобного Силуана к лику святых, а в 1992 г. по благословению святейшего Патриарха Алексия II его включили в месяцеслов Русской Православной Церкви.
В мире основано несколько монастырей в честь преподобного Силуана Афонского: мужские – во Франции (Корсунская епархия МП) и в Казахстане, женские — в Ливане (Антиохийский патриархат) и США (РПЦЗ), храмы в честь прп. Силуана построены не только в России, но и в Вашингтоне, Греции, на Кипре [10].
Духовный опыт преподобного Силуана стал известен всему миру благодаря книге его ученика архимандрита Софрония «Старец Силуан. Жизнь и поучения», которая переведена на 11 языков.
Подвижник с плачем молился о всём мире тогда, когда он был охвачен братоубийственной войной, когда Россию раздирала гражданская война, когда множество людей становились жертвами массового террора и Русская Церковь шла путём мученичества. На иконе предстоящий Христу преподобный Силуан держит свиток со словами этой молитвы: «Молю Тебя, Милостивый Господи, да познают Тебя Духом Святым все народы земли». К 40-летию его кончины архиепископ Харьковский и Богодуховский Никодим (Руснак) составил Службу и акафист «преподобному отцу нашему Силуану, старцу-подвижнику Русского Пантелеимонова монастыря на горе Афон» [11].
Память его совершается в день кончины 11 (24) сентября, во 2-ю Неделю по Пятидесятнице в Соборе Афонских преподобных, 28 июля (10 августа) в Соборе Тамбовских святых, 4 (17) сентября в Соборе Воронежских святых, 10 (23) сентября в Соборе Липецких святых.
Автор: А.И. Чеснокова
[1] Софроний (Сахаров), архим. Старец Силуан. Жизнь и поучения. М., 1991.
[2] Там же
[3] Владимир (Иким), митр. Преподобный Силуан Афонский // Сибирская Благозвоница. 2014.
[4] Гуревич А. Духовные предтечи прп. Силуана Афонского // http://silouan.narod.ru/predt1.htm.
[5] Еремина В.М. Святой среди святых: преподобный Силуан Афонский в кругу Афонских подвижников // http://vmeremina.ru/erem3.htm.
[6] Верую, Господи помоги моему неверию… Минск, 2015.
[7] Письма старца Силуана к Надежде Соболевой (будущей монахине Силуане) // Христианос. Вып. 1. Рига, 1991.
[8] Видевшие Свет. Преподобный Силуан Афонский и старец Софроний (Сахаров). СПб., 2009.
[9] Михаил (Чуб), еп. Старец Силуан // ЖМП. 1956. № 1.
[10] Собор святых Липецкой земли. Сборник житий Липецких и Елецких святых. Сост. прот. Николай Стаднюк, А.А. Найдёнов, А.И. Чеснокова. Липецк, 2013.
[11] Стаднюк Анатолий, прот. К истории православия на Дону. М., 2012.
